smeshinka01

Category:

Г.Мясников о наступлении бюрократии на пролетариат ("Очередной обман")

Гаврии́л Ильи́ч Мяснико́в (25 февраля 1889, деревня Березовка Чистопольского уезда Казанской губернии Российской Империи — 16 ноября 1945, Москва, СССР) — рабочий-революционер, публицист, один из лидеров мотовилихинских большевиков. Инициатор расстрела Великого князя Михаила Александровича. Член ВЦИК. Участник «Рабочей оппозиции» в РКП(б). Эмигрант-«возвращенец». Расстрелян в Москве в 1945г..
Гаврии́л Ильи́ч Мяснико́в (25 февраля 1889, деревня Березовка Чистопольского уезда Казанской губернии Российской Империи — 16 ноября 1945, Москва, СССР) — рабочий-революционер, публицист, один из лидеров мотовилихинских большевиков. Инициатор расстрела Великого князя Михаила Александровича. Член ВЦИК. Участник «Рабочей оппозиции» в РКП(б). Эмигрант-«возвращенец». Расстрелян в Москве в 1945г..

Во всех удобных и неудобных случаях, под всякими предлогами и без всякого предлога бюрократические вожаки из Цека ВКП (б) объясняются в любви к пролетариату и сердито порицают бюрократизм. 

Каждый раз лечение недугов бюрократической машины государства они обещают проводить через вовлечение рабочих и крестьян в государственную работу, и каждый раз все это кончается тем, что они несколько бюрократов из интеллигентов и крестьян заменяют бюрократами из рабочих, чтобы спекулировать на рабочем происхождении чиновников. Но как президент Германской республики — шорник Эберт, как президент Совета министров деревообделочник Шейдеман, как токарь по металлу военный министр Носке и т. д. И т. п. Не меняли сущности буржуазного государства, так не изменят чиновники из рабочих сущности социал-бюрократического, некапиталистического строя. 

Как для превращения буржуазного государства в государство рабочее необходимо «возвышение пролетариата на ступень господствующего класса», так и для превращения социал-бюрократического государства госкапиталистического строя в государство рабочее необходимо возвышение пролетариата на ступень господствующего класса. 

Разница только в том, что в частнокапиталистическом обществе пролетариат устраняет от руководства производством и распределением буржуазию, захватывая в руки Советов Рабочих Депутатов предприятия, управление всем производством, а в руки кооперации весь торговый аппарат буржуазии, становясь главой распределения; делая производственные (профессиональные) союзы организациями государственного контроля и над работой Советов Рабочих Депутатов предприятий и кооперации. 

В госкапиталистическом же обществе рабочий класс устраняет от руководства производством и распределением бюрократию, ставя на место бюрократов: директоров, начей, завов и т. д., Советы Рабочих Депутатов предприятий во главе производства, кооперацию во главе распределения и союзы во главе контроля. В частнокапиталистическом обществе пролетариат низвергает со ступени господствующего класса буржуазию, а в госкапиталистическом обществе — бюрократию. Там он разрушает буржуазную государственную машину, а здесь бюрократическую. 

Буржуазия борется против попыток пролетариата возвыситься на ступень господствующего класса, борется и будет бороться против попыток пролетариата стать господствующим классом и бюрократия. Буржуазия охраняет свое классовое господство, бюрократия — свое. Социал-прохвосты из II-го и Амстердамского Интернационалов, охраняя господство буржуазии, неистово орут, что они борются за социализм, а социал-бюрократы из Политбюро, охраняя госкапиталистический строй, называют его социализмом и рабочим государством.

Чего не хочет буржуазия? Превращения пролетариата в господствующий класс, превращения Советов Рабочих депутатов предприятий в главу производства и «в основную ячейку государственной власти» (программа РКП), а кооперации — в главу распределения. Этого буржуазия не хочет, ибо это ее гибель, смерть. 

Но почему не хотят этого Сталины и Кº, так громко кричащие о том, что они за вовлечение рабочих в хозяйственно-государственную работу, что они борются за рабочее государство, за коммунизм? Как только поставишь этот вопрос — все становится ясным, все фразы, все хорошие слова о коммунизме, о диктатуре пролетариата, — все сразу становится очевидной для всякого рабочего ложью, наглым обманом, сплошным лицемерием. Сталины, Бухарины и К° не хотят организации Советов Рабочих Депутатов предприятий и передачи им управления производством, а кооперации — передачи всей торговли, всех прав и обязанностей и капиталов наркомторгов, госторгов, и передачи всех функций рабоче-крестьянской инспекции — производственным союзам. Не хотят этого потому же, почему не хочет и буржуазия. Те и другие охраняют свое господство, свои классовые, корыстные интересы — прикрывая эту защиту различными хорошими разговорами.

Если Советы Рабочих Депутатов предприятий будут управлять всей промышленностью, принадлежащей государству, по общему плану для всей промышленности, являясь в тоже время «основными ячейками государственной власти», как говорится в программе РКП(б), а кооперация возьмет всю госторговлю, все права и обязанности и капиталы наркомторгов, госторгов, производственные же союзы возьмут себе всю совокупность прав и обязанностей Рабкрина, то вот та партия, которая добивается этого и, добившись, будет руководить так организованным пролетариатом, — какой она партией является? Рабочей или буржуазной? Ясно, что рабочей!!!

А вот та партия, которая всеми мерами и средствами борется против превращения пролетариата в господствующий класс: во главу производства, распределения, контроля и государства, то какой партией она является? Антирабочей, противопролетарской

Если же это есть партия, которая защищает от нападений пролетариата частнокапиталистический строй, то это будет партия буржуазная. Если же партия защищает госкапиталистический строй, то эта партия бюрократическая. Когда пролетариат организован в Советы Рабочих Депутатов предприятий, в кооперацию, в профсоюзы, да стоит во главе производства, распределения контроля и государства, то это ведь и есть смерть бюрократии. И тот, кто стоит против такого превращения пролетариата в господствующий класс, тот на самом деле стоит против борьбы с бюрократизмом, тот криками о критике, самокритике, о борьбе с бюрократизмом — прикрывает свою собственную классовую сущность: одни бюрократы управляют производством, другие торговлей, третьи ими обоими, а четвертые говорят и пишут о бюрократизме, критике, самокритике: простое разделение труда между бюрократами на предмет укрепления экономического и политического господства этих бюрократов и физического и духовного порабощения пролетариата.

«Первым шагом рабочей революции должно быть возвышение пролетариата на ступень господствующего класса, завоевание демократии», — говорят Маркс-Энгельс в «Коммунистическом Манифесте».

Рабочая революция есть та революция, которая первым своим шагом возвышает пролетариат на ступень господствующего класса, ставит во главе производства и распределения.

Как пролетариат может возвыситься на ступень господствующего класса? Как он для этого должен быть организован?

В этом же «Коммунистическом Манифесте» Маркс-Энгельс говорят, что выполнить свою историческую миссию могильщика буржуазии пролетариат может, только организовавшись в класс посредством ассоциации. Это значит, что только охватывающим поголовно весь пролетариат коллективом пролетариат может подняться на ступень господствующего класса и взять на себя все функции по управлению производством и распределением, которые до рабочей революции были в руках буржуазии, которые и делали буржуазию экономически господствующим классом. Захватывая в свои руки, в руки своей поголовной классовой ассоциации весь аппарат управления производством и распределением, пролетариат не перестанет быть производящим, работающим классом, работающим коллективом.

Это поголовно организованный пролетариат организует производство, работу, сам же и работает, это самоорганизующийся, самовозглавляющийся труд, работающая артель, корпорация, коллегия, как называл позже Маркс.

Изучая опыт Парижской Коммуны, Маркс-Энгельс дали наглядное, практическое разъяснение, что такое пролетариат, возвышавшийся на ступень господствующего класса.

«Самым важным декретом Парижской Коммуны предписывалась такая организация крупной промышленности и даже мануфактуры, для которой не только требовались ассоциации на каждой данной фабрике и заводе, ной нужно было объединить все отдельные ассоциации в один большой союз».

«Такая организация производства, — как Маркс справедливо заметил в „Гражданской войне во Франции“, — с необходимостью вела к коммунизму, к прямой противоположности прудонизма».

Маркс-Энгельс категорически утверждают, что только такая организация пролетариата, организация его в Советы Рабочих Депутатов предприятий, объединенных в один большой союз, охватывающий все отдельные фабрично-заводские советы, с необходимостью ведет к коммунизму.

«Тайна Коммуны заключается в том, что она по существу своему была правительством рабочего класса, результатом борьбы между классом производящим и классом присваивающим, той давно искомой формой, в которой и могло совершиться экономическое освобождение труда.

Без этого последнего условия — коммуна немыслима, без него она пустой призрак, обман. Политическое господство производителей не может существовать рядом с увековечением их социального рабства. Коммуна должна была поэтому служить орудием ниспровержения тех экономических устоев, на которых зиждется самое существование классов, а следовательно, и классовое господство».

«Ассоциация», поголовная, всеобъемлющая организация пролетариата на каждом предприятии ниспровергала власть собственника буржуа-эксплуататора; сам поголовно организованный в «ассоциации» — в Советы Рабочих Депутатов предприятий, — пролетариат вставал во главе производства, превращая эту ассоциацию в «основную ячейку» государства. Этим он ниспровергал те экономические устои, на которых держалось самое существование классов, а, следовательно, и классовое господство. Без этого условия Коммуна (рабочее государство) немыслима, она превратится в пустой призрак, в обман.

Тайна-то Коммуны и заключалась в том, что «ассоциация» пролетариата встала во главе производства, во главе труда. Такая организация, как Советы Рабочих Депутатов предприятий, и ведет с необходимостью к коммунизму. Это-то и есть давно искомая политическая форма, в которой и может совершиться экономическое освобождение труда. Вот единственная дорога к коммунизму.

Ленин в своем «Государство и революция», развивая мысли Маркса-Энгельса, пишет: 

«Один остроумный немецкий социал-демократ 70-х годов прошлого века назвал почту образцом социалистического хозяйства. Это верно. Теперь почти все хозяйство организовано по типу государственно-капиталистической монополии. Империализм сводит все тресты в организации подобного типа. Над простыми рабочими, которые завалены работой и голодают, здесь стоит та же буржуазная бюрократия. Но механизм общественного хозяйничанья уже готов. Свергнуть капиталистов, разбить железной РУКОЙ вооруженных рабочих сопротивление этих эксплуататоров, сломать бюрократическую машину современного государства — и перед нами освобожденный от паразита высокотехнически оборудованный механизм, который вполне могут пустить в ход сами объединенные [в Советы Рабочих Депутатов — Г. М.] рабочие, нанимая техников, надсмотрщиков, бухгалтеров, оплачивая всех их, как и всех государственных чиновников, заработной платой рабочего. Вот задача конкретная, практическая, осуществимая тотчас же по отношению ко всем трестам, избавляющая трудящихся от эксплуатации, учитывающая опыт практически уже начатый (особенно в области государственного строительства) Коммуной.

Вот какое государство на какой экономической основе нам необходимо строить. Вот что дает уничтожение парламентаризма и сохранение представительных учреждений [Советов Рабочих Депутатов предприятий — Г. М.], вот что избавит трудящиеся массы от проституирования этих учреждений буржуазией».

В споре с Каутским по вопросу о рабочем государстве Ленин пишет: «В социалистическом обществе, пишет Каутский, могут существовать рядом друг с другом самые различные формы предприятий: бюрократические (???), тред-юнионистские, кооперативные и единоличные. Существуют, например, предприятия, которые не могут обойтись без бюрократических организаций, таковые, например, — железные дороги. Тут демократическая организация может получить такой вид: рабочие выбирают делегатов, которые образуют нечто вроде парламента, и этот парламент устанавливает распорядок работ и наблюдает за управлением бюрократического аппарата. Другие предприятия можно передать в ведение рабочих союзов, третьи можно организовать на кооперативных началах». Так пишет Каутский.

«Это рассуждение ошибочно, представляя из себя шаг назад по сравнению с тем, что разъясняли в 70-х годах Маркс и Энгельс на примере уроков Коммуны», — возражает Ленин.

«Железные дороги решительно ничем не отличаются сточки зрения необходимой будто бы бюрократической организации от всех вообще предприятий, крупной машинной индустрии, от любой фабрики, большого магазина, крупнокапиталистического сельскохозяйственного предприятия. Во всех таких предприятиях техника предписывает безусловно строжайшую дисциплину, величайшую аккуратность при выполнении каждым указанной ему доли работы под угрозой остановки всего дела или порчи механизма, порчи продукта. Во всех таких предприятиях рабочие будут, конечно, выбирать делегатов, которые „образуют нечто вроде парламента“» [СРД пред<приятий> — Г. М.]. 

Как видим, Ленин, когда он был революционным марксистом, не мыслил себе рабочего государства без СРДп., без «ассоциаций» пролетариата, стоящих го главе производства на месте свергнутой буржуазии. Вслед за Марксом и Энгельсом он видел в этих СРДп. «давно искомую политическую форму, в которой может свершиться экономическое освобождение труда». И вне этой «политической формы» рабочее государство немыслимо, оно превращается в пустой призрак, обман.

А Сталины, Бухарины и К° сажают в подвал ГПУ каждого пролетария как контрреволюционеров за то, что они осмелятся заговорить об организации СРДп. И называют сами себя марксистами-ленинцами!!! А бюрократию, стоящую во главе производства и государства, его бюрократическую машину называют рабочим государством! И горе тем, кто дерзает в этом усомнится.

«Организуем крупное производство, исходя из того, что уже создано капитализмом, сами мы рабочие опираясь на свой рабочий опыт, создавая строжайшую дисциплину, поддерживаемую государственной властью вооруженных рабочих [т. е. СРДп. — Г. М.], сведем государственных чиновников на роль простых исполнителей наших поручений, ответственных, сменяемых, скромно оплачиваемых надсмотрщиков, бухгалтеров (конечно, с техниками всех сортов, видов и степеней), вот наша пролетарская задача, вот с чего можно и должно начать при совершении пролетарской революции».[49]

Маркс и Энгельс в «Коммунистическом Манифесте» говорят, что первым шагом рабочей революции должно быть возвышение пролетариата на ступень господствующего класса — завоевание демократии, а Ленин говорит, что с этого надо начать при совершении пролетарской революции, надо начать с превращения СРДп. В главу производства и в основную ячейку государства.

Вожаки же бюрократии — Сталины, Бухарины и Кº — пишут программу Коминтерна, а о возвышении пролетариата, организованного в класс посредством СРДп., на ступень господствующего класса — ни звука! Но если пролетарий напомнит им об их измене марксизму, тогда они расправляются с ними под одобрительное улюлюканье всей бюрократической оравы.

Error

default userpic
When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.